М.: Феория, 2008

Литературоведческие книги порой раздражают своей вечной претензией объяснить необъяснимое. Устроить, так сказать, "сеанс с разоблачениями". Да только истинная литература не фокус, а настоящее волшебство.

Своей новой книгой о Пушкине Валентин Непомнящий доказывает, что дополнительные знания (могущие повредить фокусу) волшебству не помеха. Взяв темой на сей раз локальный и вроде бы узкий аспект - политику ("польский вопрос"), спроецировав его на личные и творческие отношения Пушкина и Мицкевича, напечатав тут же для наглядности все стихотворения русского гения, к этой теме так или иначе относящиеся, разобрав особенно подробно программное "Клеветникам России", Непомнящий, не посягая на тайное (на то, как всё продуманное и прочувствованное сливается воедино в тигле вдохновения, осененного Музой), в то же время значительно расширяет возможный круг ассоциаций, даря читателю дополнительную эстетическую радость. Он исчерпывает весь возможный эмпирический материал, кажется, до дна: приводит каждое суждение Пушкина и Мицкевича друг о друге, отзывы третьих лиц о них обоих, прослеживает отражения этих отношений и взаимовлияний в лирике того и другого, однако читатель вовсе не страдает от сухости позитивистского крючкотворства, обычной для изысканий всякого рода "архивистов". Непомнящий превращает свое исследование в расследование и вовлекает нас в него как искуснейший детективщик. Опровергая екклезиастово "во многом знании много печали", утверждает прямо противоположный тезис: во многом знании может быть и много радости - если много любви.

Конечно, всё это могло так счастливо состояться лишь как плод страстного увлечения предметом на протяжении долгих лет. За частностью у Непомнящего виден весь Пушкин. Пушкин явлен как цельность. Как органический, вечнозеленый мир, цветущий и благоуханный. Бесконечно разнообразный, хотя и питающийся на всём своём протяжении одними и теми же соками - темами, мотивами, метафорами, образами, оборотами, тропами и фигурами, символически нагруженными словами. Не владея всем этим материалом, не видя Пушкина

стр. 29
целиком, читатель обречен если не на поверхностное, то на неполное, фрагментарное восприятие и понимание. Книга Непомнящего помогает такую узость преодолеть. Если бы удалось так, таким всеохватным, синтетическим образом рассмотреть все произведения Пушкина, то это и был бы чаемый идеальный комментарий к академическому собранию сочинений поэта.

Такчто Непомнящий не просто написал еще одну удачную книгу о любимом поэте. Он в очередной раз спас и честь всего литературоведения, слишком часто вызывающего сомнения, а то и насмешки своими надуманными конструкциями - социологического, структуралистского, фрейдистского, семиотического или иного абстрактного свойства. Вот образец того, как сухая теория может быть верной и адекватной спутницей зеленеющего древа поэзии. Еще и поэтому эту книгу стоит рекомендовать всем бесчисленным поклонникам главного поэта России всех возрастов: нет лучшего введения в опыт бережного толкования художественного текста. Даже если в нём - как в стихотворении "Клеветникам России" - содержится страстный публицистический запал.